Дочь Вьюги - страница 4




Зефир молчал секунду, две. Лираэль, прижавшись к камню, чувствовала, как у неё холодеют пальцы. Не от страха. От чего-то другого. От этого взгляда, от этой уверенности, от этого вторжения жара в её холодный, упорядоченный мир.


– Даже если бы я знал пути, принц, – наконец сказал Зефир, – я бы не повел тебя. То, что ты затеял, пахнет не поиском сокровища. Это пахнет войной.


Каэл потерял терпение. Его золотые глаза вспыхнули.


– У меня нет времени на философию, старик! На юге трескается земля. Реки высыхают. Люди и скот гибнут от жажды. Засуха, которую не могут остановить наши лучшие пироманты! Этот Алмаз – единственный шанс. И я его получу. С твоей помощью или без неё. – Он мотнул головой стражам. – Обыскать пещеры. Вынести все свитки, карты, артефакты. Если он откажется говорить, мы найдем того, кто заговорит.


Стражи двинулись вперед.


И в этот момент Зефир вздохнул. Это был не обычный вздох. Это был звук, с которым сдается целый мир. Он поник, его фигура, всегда казавшаяся невесомой, внезапно обрела тяжесть и возраст.


– Стойте, – сказал он тихо. – Не надо насилия. В моих пещерах нет карт. Но… есть один, кто мог бы провести вас.


Лираэль почувствовала, как у неё замерло сердце.


– Кто? – отрывисто спросил Каэл.


Зефир обернулся и посмотрел прямо на её укрытие. Его взгляд был полон бесконечной печали и… извинения.


– Выходи, дитя. Покажи себя.


Каэл и стражи повернули головы. Лираэль, стиснув зубы, чувствуя предательство каждой клеткой тела, вышла из-за камня. Она выпрямилась во весь рост, стараясь выглядеть выше и старше своих семнадцати лет. Ветер тут же принялся трепать её волосы и одежду, но она не стала их поправлять. Пусть видят, какая она есть. Дочь гор и ветра.


Золотые глаза принца Жара с интересом скользнули по ней, оценивая, прикидывая. В них не было ни удивления, ни восхищения. Был холодный, практичный расчет.


– И кто это? Твоя служанка? Ученица?


– И то, и другое, – сказал Зефир, и в его голосе снова появилась знакомая Лираэль резвая нотка, но на этот раз вынужденная, фальшивая. – Она знает Север лучше меня. Родом из тех краев. Выживет там, где вы, огненные, превратитесь в ледышки. Она проведет вас к Крепости.


Лираэль смотрела на своего наставника, не веря своим ушам. Он отдавал её этим… этим поджигателям? В руки этого наглого принца с горящими глазами?


Каэл скептически осмотрел её с ног до головы.


– Эта девочка? Она сломается в первый же день пути.


Гнев, чистый и ясный, как горный ручей, хлынул в Лираэль. Она забыла и про страх, и про обиду на Зефира.


– Я пережила лавину, когда мне было десять, – сказала она, и её голос, обычно мелодичный, зазвучал с ледяной остротой. – Я прошла по ледяному мосту над пропастью, который был тоньше волоса. И я знаю каждую трещину на лице Спящего Великана. А вы, ваше высочество, даже дышать на этой высоте правильно не умеете. Вижу по вашему учащенному пульсу на шее.


Наступила тишина, нарушаемая лишь воем ветра. Стражи замерли. Каэл приподнял бровь. На его губах дрогнуло что-то, похожее на начало улыбки, но недоброй.


– Ого. Колючая. – Он сделал шаг к ней. – И что ты получишь за это проводничество? Золото? Защиту? Или старик просто продал тебя, чтобы спасти свою шкуру?


Лираэль почувствовала, как по её спине пробежали ледяные иголки. Она бросила взгляд на Зефира. Его лицо было каменным. И тогда она поняла. Это не предательство. Это шахматный ход. Он не мог защитить её силой, не раскрыв её истинную сущность. Но он мог дать ей то, о чем она мечтала в тишине пещер, глядя на север – шанс добраться до дома. Пусть и с такими спутниками. Это был ужасный, опасный шанс. Но шанс.