Девятьсот лет ушло на то, чтобы эти сорок миллионов перестали грызть друг другу глотки за банку тушенки и вновь создали цивилизацию. Но это была уже совсем другая история. Технологии предков умерли вместе с законами физики в августе 2299-го. Зато на планету вернулась Она. Магия. Древняя, первобытная, пахнущая кровью и жаждой властью. Люди принялись её изучать методом проб, ошибок и случайного превращения соседей в декоративные клумбы.
К четыреста девятому году новой эры население достигло немногим более четырёх миллиардов. Они заново изобрели колесо, порох и бюрократию, но теперь налоговую декларацию нужно было заверять печатью из уплотненного эфира. Был найден способ постройки порталов для перемещения по Солнечной системе. Никакого варп-привода, никаких релятивистских скоростей. Просто огромный круг из зачарованного керамобетона, руна Туда слева, руна Обратно если выживешь, справа, и дежурный маг-экстерминатор на случай, если из портала вместо груза полезет чья-нибудь прабабушка с щупальцами.
И вот однажды, на очередном скучнейшем собрании Совета Ученых-Магов Объединенной Земли, когда обсуждали квоты на добычу маны из плачущих камней Плутона, один седой архивариус, страдающий тяжелой формой геморроя и старческого маразма, хлопнул себя по лбу.
— Парни, прохрипел он, отрываясь от созерцания голографического графика дефицита бюджета. — Я тут копался в наследии предков. Тех самых, которых сожрал Великий Выключатель. У них ведь тоже была своя магия. Они называли её… наукой.
Пятьдесят лучших умов человечества были брошены на изучение сохранившихся воспоминаний нейроимплантатов той эпохи, чудом уцелевших кристаллов памяти, залитых тем самым пластобетоном. Они нашли записи про Марс. Про странную, опасную Аномалию. Про гладкие коридоры, психоз от взгляда на руны и трехсотметрового дракона, которого автоматические турели пытались убедить быть вежливым с помощью гаусс-снарядов.
Один из молодых магистров Порталистики, нервно теребя рукав своей мантии, рискнул выдвинуть теорию во время перерыва на жертвоприношение кофе.
— А может… всё произошло именно из-за этой аномалии? Что, если тот самый Судный День, это не сбой техники, а система безопасности сейфа? Предки закрыли дверь, а мы выросли, подобрали ключ в виде магии и сейчас стоим перед ней, почесывая затылок. Может, стоит попробовать найти ответ?
Споры длились месяц. Это были жаркие дебаты, переходящие в метание боевых фаерболов и вызов мелких демонов бухгалтерии. Одни кричали, что открывать саркофаг, это лучший способ устроить второй раунд Апокалипсиса, только в этот раз океаны вскипят по-настоящему. Другие резонно замечали, что первый раунд пережили даже тараканы и жители Челябинска, значит, шансы есть. К тому же, ресурсы Марса давно манили истощенную Землю, а лезть туда обычным порталом было страшно.
В итоге решили пойти путем истинной демократии, отправить добровольцев. Нашли троих.
Первым был архимагистр Игнатий, старый, желчный тип, чьи познания в некромантии уступали только его любви к хорошему коньяку. Он вызвался сам, заявив, что устал смотреть на глупые лица молодёжи и хочет наконец увидеть нечто действительно древнее и злое, желательно способное убить его быстро и безболезненно.
Второй стала капитанша наемничьего корпуса Ржавые Топоры, здоровенная баба по прозвищу Кувалда. Она потеряла левую руку еще в юности, заменив её на тяжелый плазменный протез кустарной сборки, который постоянно искрил и вонял горелой изоляцией. Ей платили авансом, а заказчик обещал гору кредитов за любые образцы технологий с Красной планеты.
