Иророномикон - страница 7

Фобос: Значит, рост... Без знаний?

Харон: Малодушие и великодушие. От мала до велика. Когда душа зреет, то и вместимость знаний зреет, а после и плоть её уже не вместит, и тогда душа становится небожителем. Младшим из нас.

Фобос: Значит, это благо.

Фобос многое осмыслил с тех пор, как закончил сотворение Атриума. Также он углубился в понимание измерения хаоса. Хаос — это два столпа, два главных компонента, которые должны находиться в равновесии: Энтропия Разрушения и Утопия Жизни. Вдыхая воздух обеими ноздрями, словно захватываешь оба компонента: энтропия разрушит накопленные в существе ошибки, а утопия вылечит творение, в чём бы оно ни воплощалось.

Измерение, которое Фобос однажды открыл, было похоже на место разлитых красок. Космическая, великолепная бескрайность, похожая на туманности, где тёмные цвета и светлые сосуществуют вместе, ожидая, чтобы ими воспользовались. Фобосу особенно понравились аквамариновые оттенки и тёмные чернила: вместе они олицетворяли вечное равновесие, красоту и искусство в высшем определении. А места таких сопряжений, энтропии и утопии, порождали фиолетовые оттенки — от мягко лиловых до тёмно-пурпурных тонов, в зависимости от концентрации, — то, что называлось энергией хаоса.

Фобос долго бороздил просторы подпространства хаоса, созерцая аквамариновые палитры Утопии, из которых исходила сила жизни и радости, присущая всему живому, так и сгустки Энтропии, похожие на разлитые в пространстве чернила. Хаос в своём многообразии олицетворял равновесие, красоту и добродетель, небесную кузницу, театр, трибуны.

И вот однажды, неспешно паря на мир-драконе, Фобос заметил, как его мысли начинали путаться, а позже начала наступать меланхолия — непонятное чувство, которое ушло давным-давно, но почему-то снова вернулось.

Фобос: Радость, куда она уходит? Что это такое? Это эхо знания о Ничто? Нет... Так не может быть... Это какой-то обман... Равнодушие, сменяющееся на тоску... Это не голод... Что за гнусная пустота внутри? Я об этом даже не думал... Сейчас... Нет, это что-то иное... Всё куда-то уходит...

Энергии Утопии в обозримом сущем становилось меньше, а пустоты больше. Фобос начал искать источник непонятной силы. И тут он обратил взор наверх, узрев туманную фигуру и множество тусклых глаз вдали. Это был Архонт. Фобос пришёл в ярость, ощутив едой самого себя. Его око вспыхнуло пурпурным, из его туловища отросло двенадцать конечностей, на которых вспыхнули огни. Тишина измерения хаоса прервалась.

Фобос: Я... Вижу... ТЕБЯ!!!

Мир-дракон Тархаон подчинился воле создателя: его пасть открылась, сила тысячи пурпурных звёзд вырвалась лучом в огромного и голодного архонта. Осколки его разлетелись в космической дали.

Фобос: Искусство красоты и вечности... Творца, породившего всякий разум и священную материю.

Небожитель уяснил, почему пространство хаоса приняло его как разумное существо, а не материал: энтропия не стремилась его разрушить. Фобос понял, что баланс хаоса был нарушен, о чём он раньше даже не догадывался. Как выяснилось, не только материальное небо Инэкта когда-то давно было отравлено присутствием архонтов, но даже и пространство хаоса: они питались энергией жизни. Фобос понял, что слова Данте о древней битве неба — чистая правда, судя по тому, что он увидел и испытал на себе. Предположил, что эти пожиратели владели ключом к измерению хаоса, а после поражения в Инэкте укрылись в измерении хаоса. Фобос в осознании этого изумился, когда осознал размеры древнего архонта и что, возможно, он сам является их потомком, раз хаотическая вселенная ему однажды открылась.