Код памяти - страница 3



Тропинка оборвалась. Она стояла на краю обрыва, и внизу, в десяти метрах, пенилось море. Сердце колотилось в горле, лёгкие горели, но шаги за спиной становились всё громче.

Она бросилась вниз — не в воду, а по крутому склону, цепляясь за выступы, за корни деревьев, за всё, что могло удержать её от падения. Камни осыпались под её ногами, и она покатилась вниз, ударяясь плечом о скалу, разбивая колени об острые кромки. Боль была ослепительной, но она не остановилась. Она скатилась на узкую каменистую полосу, где волны лизали берег, и нырнула в расселину между скалами.

Пещера была маленькой, влажной, с низким сводом, покрытым сталактитами. Свет сюда почти не проникал — только слабый отблеск от воды, которая плескалась у входа. Она забилась в угол, сжалась в комок, зажав рот ладонью, чтобы заглушить дыхание.

Шаги остановились где-то наверху. Она слышала голоса — приглушённые, но отчётливые:

— Она не могла далеко уйти. Следы обрываются у обрыва.

— Она прыгнула?

— Нет. Крови нет. Ищите вход в пещеру.

Эльза закрыла глаза. Она чувствовала, как сердце колотится о рёбра, как пот стекает по спине. Она боялась дышать.

Голоса стихли. Шаги удалились. Она ждала, считая удары пульса: один, два, десять, пятьдесят. Тишина. Только шум прибоя и капли воды, падающие с потолка.

Она открыла глаза и медленно выдохнула.

Пещера была неглубокой, но в задней её части темнел узкий проход, ведущий куда-то вглубь скалы. Она не знала, что там, но оставаться здесь было нельзя. Она поднялась, чувствуя, как колени ноют от боли, и побрела в темноту.

Проход расширился в небольшую камеру, где на сухом песке лежал старый рюкзак. Она подошла к нему и опустилась на колени. Рюкзак был поношенным, с потёртыми лямками, но внутри него что-то было.

Она расстегнула молнию и вытащила содержимое. Паспорт.

Красная обложка, испанский паспорт. Она открыла его дрожащими пальцами и увидела фотографию. Своё лицо. Свои глаза, смотрящие с фотографии с той же смесью страха и вызова. Но имя было другим: Алисия Видаль, 1985 года рождения, место рождения — Мадрид.

Она перевернула страницы. Штампы. Въезд в Португалию — три месяца назад. Выезд во Францию — два месяца назад. Въезд в Марокко — месяц назад. Выезд из Марокко — две недели назад. И последний штамп — въезд в Испанию, неделя назад.

Она не помнила этих поездок. Ни одной. Но паспорт был настоящим — она чувствовала это, ощущая гладкую бумагу, запах типографской краски, следы использования на уголках страниц.

Алисия Видаль. Она повторила имя про себя, но оно не отзывалось в груди. Оно было чужим, как куртка Хосе, как этот рюкзак, как вся эта жизнь, которая не принадлежала ей.

Она засунула паспорт обратно и нащупала на дне рюкзака что-то твёрдое, прямоугольное. Диктофон.

Старый, чёрный, с потёртыми кнопками. Она нажала на кнопку воспроизведения, и механизм зажужжал, прокручивая плёнку. Раздался шипящий звук, а потом голос — её голос:

— Запись номер семь. Если ты слушаешь это, значит, я уже стерла себе память.

Эльза замерла. Голос был её — она узнала тембр, интонацию, даже лёгкую хрипотцу. Но в нём была сталь, которой она не чувствовала в себе сейчас.

— Меня зовут не Алисия. Меня зовут Эльза Гарсия. Я была оперативником в подразделении «Черная Волна». Мы не ищем преступников. Мы их создаём. Я спрятала ключ в…

Запись оборвалась. Раздался глухой звук — выстрел. И крик. Её крик.