Команда 17 - страница 3

До кладбища оставалось ещё около четверти мили, и Бравад начал заметно нервничать. Чем дальше они уходили от освещённых улиц и вечернего шума, тем меньше ему, очевидно, нравилась предстоящая работа.

— Иолин.

— Да?

— Значит, труп надо выкопать?

— Да.

— А он точно будет мёртвый?

Иолин остановился и посмотрел на Бравада. Вопрос, судя по всему, требовал некоторого размышления, хотя ответ на него казался очевидным.

— Я очень на это надеюсь.

Один за другим зажигались фонари, и Валенс постепенно менял светлую дневную улыбку на опасливый вечерний прищур. Знакомые днём улицы теперь выглядели иначе: тени становились длиннее, окна одно за другим темнели. Из переулков один за другим появлялись люди в длинных плащах и капюшонах, скрывавших лица. Они двигались вдоль стен, время от времени останавливаясь, чтобы таинственно осмотреться или переговорить с такими же подозрительными людьми.

Один из таких передал другому небольшой свёрток.

Иолин проводил их взглядом.

— Интересно, — сказал он.

— Что, милсдарь?

— Мне всё интересно, Бравад. Иногда кажется, что это мне может навредить, но тогда я задаюсь вопросом почему? И как? И мне всё становится интересно снова.

Дорогу перебежала огромная чёрная кошка с жирной крысой в зубах.

Бравад шарахнулся от неё.

С крыши взлетели летучие мыши, из открытых окон пахло жареным луком и мясом, где-то звякала посуда, хлопнула дверь, а вдалеке пробили городские часы. Город становился тише, но не спокойнее.

На перекрёстке появились двое городских стражников. Они осматривали прохожих, время от времени останавливая особенно подозрительных. Подозрительными, судя по всему, считались все, кто шёл быстрее остальных.

На углу какой-то человек в чёрном плаще шёпотом предлагал прохожим купить карту сокровищ.

— Настоящая, господин! — убеждал он. — С отметкой!

— А почему она нарисована на меню?

— Потому что сокровище в трактире.

— Но здесь еще остров с пальмами!

— В трактире чудесный флорист.

Чуть дальше двое оборванцев спорили возле бочки, кому принадлежит найденный кошелёк. Оба утверждали, что нашли его первыми.

Бравад невольно прижал руку к своему карману.

Они свернули с широкой улицы. Здесь фонарей было меньше, дома стояли теснее, а между ними тянулись узкие проходы, в которых ветер гонял бумагу, солому и чьи-то дырявые подштанники.

В одном из переулков что-то громко звякнуло.

Бравад остановился.

— Что это?

— Наверное, кто-то кого-то убивает.

Бравад побледнел. Иолин прислушался. Несколько мгновений они стояли молча, пытаясь разобрать звук, донёсшийся из темноты.

Из переулка снова послышалось громкое мяуканье.

— Нет. Просто собака воет.

Бравад тоже прислушался:

— А почему у неё кошачий голос?

— Многое в Валенсе не то, чем кажется, — объяснил Иолин.

Через несколько минут город остался позади, и впереди показалась тёмная ограда кладбища. За ней ряды могил уходили в темноту. Между покосившимися надгробиями росла трава, кое-где лежали цветы, а на некоторых могилах горели маленькие лампады.

Иолин достал из кармана сложенный листок и прочитал:

— Вардо. Купец. Третий участок, сорок восьмая могила.

Бравад, совершенно побелевший в свете полной луны, посмотрел на кладбище.

— А где третий участок?

— Сейчас найдём.

Они пошли вдоль ограды.

— Смотри, — сказал Бравад.

На каменном столбике действительно была выцарапана цифра три.

— Вот, — он ткнул пальцем.

— Отлично! — воскликнул Иолин. — Бравад, я поражён, ты обучен грамоте?