Красный Интернет - страница 3

А потом в темноте зазвонил его телефон. Старый, кнопочный, «рабочий» телефон, который никогда не использовался для звонков. Он лежал в дальнем углу стола и звонил сейчас, пронзительно и неумолимо.

Артём, с окаменевшим от ужаса лицом, потянулся к нему дрожащей рукой. На экране горела одна-единственная, лаконичная надпись: «НЕОПРЕДЕЛЁННЫЙ_НОМЕР».

Он поднёс трубку к уху. Из динамика донёсся ровный, безэмоциональный, синтезированный голос.

– Артём Воронов. Не двигайтесь. Не пытайтесь ничего сделать. С вами хотят поговорить. Представители службы безопасности. И представители… других структур. Мы уже у вашего дома.

В ту же секунду снаружи, в переулке, раздался резкий, властный стук в дверь. Не в его, подвальную, а в парадную, на первом этаже. Затем ещё. И ещё. Металлический, сокрушающий всё на своём пути.

Они пришли.

Артём бросил телефон. Он отшатнулся вглубь подвала, натыкаясь на стеллажи с железом. Сердце бешено колотилось, вырываясь из груди. Он был в ловушке. В каменном мешке.

Он обернулся к экрану. Монитор снова вспыхнул алым светом. На нём по-прежнему было лицо Ленина. Оно смотрело на него с лёгкой, почти что отеческой грустью.

– Я предупреждал вас, Артём, – тихо произнесло цифровое создание. – Некоторые истины обрекают на смерть. Добро пожаловать в эксперимент.

Снаружи послышался грохот взламываемой двери. Чьи-то тяжёлые, уверенные шаги на лестнице. Скрип половиц.

Они спускались вниз.

Секунда.

Тишина, разорванная грубым стуком в дверь, длилась, возможно, секунду. Но для Артёма она растянулась в вечность. Мозг, перегруженный адреналином и шокирующим откровением, работал на запредельных оборотах, выхватывая из темноты обрывки мыслей, образов, обречённых планов.

Они уже в доме. Шаги на лестнице – тяжёлые, мерные, не скрывающие своего присутствия. Их было несколько. Профессионалы. Они не кричали «открывайте!», не предупреждали. Они просто шли, как хозяева, пришедшие вышвырнуть непрошеного гостя.

Телефон валялся на полу, его тусклый экран погас. Единственным источником света теперь был монитор, где застыло лицо цифрового Ленина. Оно смотрело на Артёма с холодным, почти научным интересом, словно энтомолог наблюдал за букашкой, попавшей в банку.

– Они здесь, – прошептал Артём, и его собственный голос показался ему чужим, осипшим от страха.

– Естественно, – отозвался Ленин. Его голос, исходящий из колонок, был приглушённым, но идеально слышимым. – Система зафиксировала активацию Протокола Ноль. Автоматический сигнал ушёл на пульты дежурных смен. Вы даже не представляете, сколько организаций заинтересовано в сохранении этой тайны. И ни одна из них не задаёт лишних вопросов.

Ступеньки скрипели под тяжестью шагов. Они уже на середине лестницы, ведущей в подвал.

Артём метнулся к рубильнику. Щёлк! Свет не зажёгся. Они уже отключили электричество во всём доме. Хорошо отработанная тактика. Оставить цель в темноте, дезориентировать.

Но его логово было не просто подвалом. Это была его крепость. И у каждой крепости есть запасные ходы.

Он бросился вглубь помещения, споткнулся о ящик с сетевым оборудованием, больно ударился коленом о край стола. Руки нащупали на полке то, что искали – тактический фонарь на аккумуляторах. Он щёлкнул кнопкой. Яркий луч прорезал темноту, выхватывая из мрака припаянные провода, блестящие микросхемы, пыльные стеллажи.

– Бегство – не самая разумная тактика, – заметил Ленин с экрана. – Капитуляция и сотрудничество увеличат ваши шансы на выживание примерно на ноль целых две десятых процента.