Мирвальд - страница 4

Диби замерла, удерживая в руках заснувшего барса. Перспектива оказаться в столице, о которой только слышала, получить новое оружие и узнать, что за сила бурлит в её венах, манила с невероятной силой. Но перед глазами встало лицо старика Брана. Травник ждал её в полузаброшенной лачуге. Он делился с ней последним хлебом не для того, чтобы она сбежала со случайным рыцарем при первом же удобном случае. Она обещала себе встать на ноги сама. Начать жизнь с побега в чужую цитадель казалось слабостью.

— Нет, — Диби твёрдо качнула головой, глядя прямо в усталые глаза воина. — Спасибо тебе, Диртан. За всё. Но я не могу. Меня ждут дома, и я должна вернуться.

Патрульный внимательно вгляделся в её лицо, словно пытался отыскать там сомнение или девчоночий испуг. Но упрямый, резаный взгляд молодой охотницы заставил его лишь тяжело вздохнуть.

— Человеческое упрямство порой прочнее закалённой стали, — мужчина с досадой усмехнулся, полез в походный подсумок на поясе и выудил оттуда небольшой, тускло мерцающий бирюзовый кристалл размером с крупную лесную ягоду. — Возьми. Это одноразовый камень связи. Он настроен лично на мою руническую метку. Если Скверна подступит к твоей деревне или ты поймёшь, что хочешь узнать больше о сайнах — просто сожми его в кулаке и раздавь. Я найду тебя.

Диби аккуратно приняла кристалл. Камень оказался удивительно прохладным, несмотря на яркое солнце, а внутри него лениво переливалась живая бирюзовая искра. Проснувшийся барс мгновенно насторожился: он вытянул шею, смешно повёл носом возле ладони Диби и тихо чихнул — магия явно щекотала ему ноздри. Охотница бережно спрятала артефакт в глубокий внутренний карман своего потертого плаща, поближе к сердцу.

— Спасибо, Диртан. Я сохраню его, — тихо пообещала она.

— Ну, пошли на воздух. Посмотрим, не заждался ли меня мой приятель, — Диртан махнул рукой, увлекая её наружу.

Они осторожно выбрались из расщелины и пошли по узкой каменистой тропе, огибающей склон. При дневном свете Диби окончательно поняла, от чего её спас патрульный. Та поляна, где ночью орудовал Каркот, выглядела жутко: некогда зелёный пышный мох превратился в серую, крошащуюся под сапогами пыль, а корни старой ели были покрыты липкой, чёрной копотью, от которой всё ещё шёл едва заметный пар. Лес вокруг стоял мёртвым и притихшим, словно природа Вердании всё ещё зализывала ночные раны.

Через десять минут ходьбы тропа вывела их на широкий, открытый всем ветрам скалистый уступ. Далеко внизу расстилалось бескрайнее зелёное море приграничных лесов Мирвальда , уходящее к самому горизонту. Воздух здесь был кристально чистым.

Диртан остановился у самого края обрыва, где камни обрывались вертикально вниз, приложил два пальца к губам и издал оглушительный, пронзительный свист. Звук эхом покатился по ущельям Острума. Прошло не больше минуты, как из-за ближайшего пушистого облака, золотящегося на утреннем солнце, камнем устремилась огромная крылатая тень.

С оглушительным хлопком мощных перьев на скалу приземлился величественный грифон. Его передняя, орлиная часть была покрыта стально-серым глянцевым пером, а массивное львиное тело перекатывалось от натренированных мышц под гладкой шерстью. На спине хищника крепилось тяжёлое кожаное седло, окованное темной бронзой.

Котёнок барса испуганно вжался в ногу Диби, вздыбил серую шерсть и забавно, но отчаянно зашипел на огромного монстра. Сама Диби тоже затаила дыхание — такой первобытной мощи она ещё никогда не видела на расстоянии вытянутой руки.