Незваная - страница 2

Тень. Факультет людей, которые умеют смотреть.

Идеальное место, чтобы спрятаться. Или худшее.

Распределение закончилось, куратор собрал бумаги и ушёл, преподаватели – следом, быстро, как будто у них были дела поважнее тридцати новичков.

Зал не спешил пустеть.

Студенты сбивались в группы – по факультетам, по знакомствам. Архив слева, негромкие. Клинок справа – шире, громче. Тени не было: те двое исчезли, будто их и не существовало.

Айра стояла у колонны – спиной к камню, лицом к залу, выход слева.

Голос раздался справа, негромкий, но чёткий – направленный не на неё, а в пространство рядом:

– В этом году, похоже, берут всех подряд. Даже тех, от кого пахнет нижними кварталами.

Трое: два парня, девушка. Высокородные – ткань дорогая, осанка привычно прямая, и та особая манера не смотреть на тебя, которая стоит больших усилий.

Говорил тот, что повыше – светловолосый, с тонкими губами. Смотрел мимо Айры, в пустоту – не сказал ей, а сказал о ней, как о запахе.

Не реагируй. Ты здесь затем, чтобы быть невидимой.

Она уже отвернулась. Почти.

– Странно, – сказала Айра тихо, не поворачивая головы. – Думала, высшим разряд позволяет различать запахи.

Светловолосый повернулся и впервые посмотрел прямо на неё.

Идиотка. Первый день. Первый час.

Холодные глаза, не злые – пустые. Он открыл рот —

И смех, громкий, от живота. Из-за колонны слева – не хихиканье, не вежливая усмешка, а хохот, заполнивший пространство, как кипяток заливает кружку.

Все трое повернулись.

Из-за колонны вышла девушка – высокая, на полголовы выше Айры. Кожа тёмно-медная, волосы чёрные, собранные небрежно, пряди выбиваются. Глаза янтарные, с вертикальными зрачками, а когда улыбнулась – блеснули клыки, чуть длиннее человеческих.

– Ты моя новая любимая проблема, – сказала она Айре, как будто высокородных в зале не было. – Тайэн Ру. Можно Тай. Идёшь на Клинок?

– На Тень.

– Неважно. Идём ужинать.

И пошла к выходу, не оглядываясь.

Светловолосый стоял с незакрытым ртом. Демонидка прошла мимо него – близко, задев плечом, – и не повернула головы. От неё тянуло жаром, сухим и дымным.

Две глупости за пять минут.

У двери она оглянулась – привычка – и увидела его.

Не с высокородными и не с преподавателями, а в стороне, у дальней стены, где свет не доставал. Неподвижный, руки за спиной, плечи ровные.

Он смотрел на неё.

Глаза светлые, почти белые. Лицо бледное, тёмные волосы, ранняя седина на висках. Лет тридцати пяти, из тех людей, которые привыкли, что на них не смотрят в ответ.

Взгляд не скользнул – задержался, спокойно, без выражения.

Неприятные глаза.

И зачем ты вообще на него смотришь?

Айра отвернулась и вышла.

* * *

Столовая пахла горячим хлебом.

Для Айры этого было достаточно, чтобы простить ей всё остальное.

Тай шла к столу Клинка – третьему справа, с красной полосой вдоль столешницы.

– Тай. Это стол Клинка.

– Я с Клинка.

– Я нет.

– Мелочи. Сядь.

Тай села, подвинулась и похлопала по лавке рядом с собой.

Трое старшекурсников за другим концом стола обернулись, и один – широкоплечий, стриженный коротко – уже открыл рот, но Тай посмотрела на него и улыбнулась, показав клыки. Он вернулся к еде.

Полезная штука – клыки.

– Итак, – Тай пододвинула Айре миску с похлёбкой и половину хлеба, не спрашивая, – я видела, как ты ответила тому красавцу. Нравится.

– Это было глупо.

– Конечно глупо. В этом и прелесть. – Она откусила хлеб. – Обычно новенькие ходят с лицом «пожалуйста, не замечайте меня». Ты – нет. Это либо храбрость, либо привычка.