Перо чернее ночи - страница 5

Я отпустила его плащ. Не потому, что не хотела касаться его, а потому, что хотела. Это он бросил меня четыре года назад, напомнила себе я.

Он предназначен вовсе не тебе.

– Королевич! – фыркнула я сквозь стиснутые зубы. – Что, во имя Морриган, ты здесь делаешь?

– Спасаю твою безнадежную шкуру. – Несмотря на мой ехидный тон, он улыбнулся – меня словно коснулся теплый ветерок и весенние листья. – Или, точнее, его шкуру.

Коннла воспользовался нашей стычкой, чтобы отползти в сторону, забраться на свою гору из роскошных мехов, свалить все это поверх даррига и распахнуть дверцу шатра.

– Охрана! – завопил Коннла в темноту. – Охрана!

Незамедлительно над лагерем раздались крики, лязг металла и завывания охотничьих собак.

– Проклятье! – Я подхватила свой плащ, с сожалением взглянув туда, где был похоронен под грудой вещей дарриг. Может, еще не поздно…

Но в руке Коннлы возник длинный и острый меч. Из носа принца все еще лилась кровь, а лицо озарила мерзкая победоносная ухмылка, окрашенная в алый. Он встал в проеме, загораживая мне путь.

Я быстро окинула взглядом роскошный шатер Коннлы. Его полотно было новым и прочным, вряд ли я могла бы прорезать его своим изящным кинжалом. А на поясе Рогана я не заметила клинка.

Что-то подсказывало, что Коннла скорее убьет меня, чем даст пройти.

А значит, оставался только один выход.

Я положила руку на тканую поверхность шатра и закрыла глаза. Волокна были плотно переплетены, совершенно безжизненные. Я с трудом пробилась сквозь дымку лилового вина и острых шипов, которые все еще затуманивали мой разум, в поиске искры, жизни, роста. И наконец увидела зеленую вспышку! Бледный лучик света среди высоких растений. Разлапистые листья, покачивающиеся на влажном ветерке. Грязь, перегной и черви, кишащие у корней.

Дерганец[8] утратил память о том, что обязан расти, жить. Его вырвали из земли, вымочили, разбили на волокна, скрутили, сплели. Он привык к тому, чтобы быть неподвижным, мертвым, быть всего лишь тканью.

Но ничто не смогло бы забыть, чем оно было на самом деле. Даже те вещи, которые могли бы этого желать.

Я ухватилась за дерганец, привязывая его к своей отравленной мхами крови. Искусно переплетенные волокна ожили, и тут же из брезентовой ткани хлынула зелень. Распускались широкие листья, выгоняя нас наружу. Вместе с Роганом мы выскочили в вечернюю прохладу, и я закрыла за нами прореху. Меня охватило чувство жалости, когда дерганец вновь с некоторой неохотой стал всего лишь тканью.

Я опустила руку и посмотрела на Рогана. На его лице отразилась неловкость, которая, однако, быстро исчезла.

– И что теперь? – спросил он.

Я стиснула зубы и подняла голову. На верхушке соседнего шатра приютились два любопытных скворца. Их черное оперение было практически неразличимо на фоне ночного неба.

Я махнула им рукой, и они растворились в темноте, пропев свою трель.

Однако вечер еще не закончился. Может, я и не заполучила даррига, но я была не единственным шпионом королевы. После всех оскорблений, которые я нанесла Коннле, он точно станет преследовать меня. Если его фианна будет у меня на хвосте, шатер останется без присмотра.

Колдовские птицы Каххара передадут друиду мое послание.

– Что теперь? Я поведу их в веселую погоню. – Я ухмыльнулась Рогану и поддалась пульсу новой жизни, которая окрашивала мою кровь в зелень и золото. – Проверим, сможет ли королевич