Побратимы - страница 2

О собаках ходило немало всяких слухов и небылиц. В одном все были единодушны: твари эти хитры и безжалостны. Очень редко попадая в руки людей, они отказывались от пищи и воды. Пленники до последнего вздоха боролись за свою свободу. Не смирялись и не приручались, выбирая голодную смерть вместо жизни в неволе. Причём независимо от возраста и пола, будь то несмышлёный щенок или самка, ослабевшая от ран. Что уж говорить о матёрых кобелях.

Носатый вылил варево в костёр. Тот зашипел, стрельнув вверх белым парком. Махом забросил котомку за плечи и, мягко ступая, двинулся к ручью. Лишь на мгновение он остановился и посмотрел в сторону костра.

– Прими, лесовик, попируй за меня. А что наспех, так извиняй. Тут ноги надо живо уносить. И пошли мне удачи!

Осторожно спустившись в ручей, медленно, бестелесной тенью, двинулся вниз по течению. Шум охоты постепенно удалялся. Вновь, как сквозь вату, донёсся тоненький крик. Женщина или ребёнок?! Что они могли делать здесь, в такой глуши, он не задумывался, было не до того. Гора отлично понимал, что ничем не сможет помочь, и надо убираться подобру-поздорову, но почему-то замешкался, а потом и вовсе встал, как вкопанный. Постояв в раздумье всего лишь мгновенье, шёпотом выругался и мрачно сплюнул себе под ноги.

– Ну, куда ты собрался, дурило? Ведь помочь-то не поможешь, а сам сгинешь зазря.

Так-то оно так, но не мог он уйти, а потому обречённо возвращался назад. Направление выбрал примерно, полагаясь на чутьё. А что до солнца, так и не видно его было, солнца-то; гадкий дождичек, считай, и не прекращался. Ну да ничего, у нас нюх на неприятности, ни разу не подводил.

И сейчас не подвёл. Вот и трава примята, а здесь ветка надломлена. Верный знак, но торопиться не приходится, тихо, только шум дождя. По всей видимости, всё кончено. Никто не сможет уходить от собак долго. К тому же тут не одиночный гон, немалая стая на охоте, ежли судить по следам. Несмотря на надвигающиеся сумерки, отпечатки лап были ещё хорошо заметны.

– Ну и здоровы же, твари! – прошептал чуть слышно.

Следов собачьих раньше видеть не доводилось, знал только байки и наброски бывалых. А вот и след человека, маленький следок, но глубокий, ну точно женщина, не иначе. Остановившись, он весь обратился в слух, слегка поводя из стороны в сторону головой.

Очень тихий звук пробился сквозь вязкую мокроту. Гора его не то чтобы услышал, скорее, почувствовал кончиками ушей, почувствовал и замер на месте, настороженно разглядывая всё, что ещё можно было различить.

Какой-то странный предмет висел на дереве. Парень, крадучись, двинулся к нему. Предмет оказался свёртком, наспех привязанным к толстому суку. Звук, привлёкший его внимание, повторился снова. Прислонил к дереву арбалет, достал нож и перерезал верёвку.

Гора не верил своим глазам, не верил и не хотел верить, и всё же он держал в руках маленького ребёнка. Судя по весу и размерам свёртка, малютке было не больше года. Приблизительно, он плохо разбирался в этом вопросе.

С раннего детства отработанная, почти звериная реакция не раз выручала. Спасла она и сейчас; он даже не увидел движения, а просто почувствовал что-то неладное сбоку. Медленно повернувшись, опустил руку с ребёнком вниз и разжал пальцы. Свёрток мягко лёг на большую кочку, покрытую мхом. Как это было ни странно, но малыш не заплакал. Он как будто почувствовал опасность.