ШЕСТОЙ ДЕНЬ - страница 3
Разбудил его не звонок, а Ольга. Она стояла в дверях кухни с его телефоном в вытянутой руке, и телефон звонил, а она его не отдавала. Просто держала и смотрела на экран. На экране было «Таня волонтёр».
За пять дней Таня звонила ему одиннадцать раз. Он сохранил её номер в понедельник вечером, когда отряд приехал из города, и сказал ей: «Звоните мне первому. Что угодно. Мне первому». Она звонила. Нашли рюкзак — не тот. Нашли детскую кроссовку на берегу — не та. Нашли следы костра — охотники.
Он взял телефон.
— Андрей Николаевич, — сказала Таня. — Они на мосту.
Он не спросил «кто». Он спросил:
— Живые?
— Все.
Ольга услышала. Он понял это по тому, как она взялась за косяк.
* * *
Она поехала с ним. Он не предлагал, она не спрашивала. В прихожей она сорвала с вешалки Машину зимнюю куртку, синюю, с прошлого года, и всю дорогу держала её на коленях обеими руками, как держат спящую кошку. Он не сказал ни слова про куртку.
Двадцать минут до моста. Он прошёл их за двенадцать. На переезде машину подбросило так, что Ольга ударилась головой о стекло и даже не охнула.
Он думал не о дочери. Он запретил себе думать о ней ещё во вторник, на второй день, когда понял, что если будет думать, то сядет на асфальт, как кинолог, и не встанет. Он думал о том, что «все» по телефону от волонтёра ничего не значит. «Все» — это шестнадцать человек в автобусе или шестнадцать тел в автобусе? Он спросил «живые?» — ему ответили «все». Но Таня — девочка двадцати четырёх лет, и она плакала.
Он увидел патрульную машину, «Нивы», скорые с работающими маячками. Увидел жёлтое. Ударил по тормозам слишком поздно, машину повело, и он открыл дверь, не дожидаясь, пока она встанет.
Савина шла ему наперерез. Она сказала что-то — «Андрей», «в порядке», «без вопросов», — он слышал слова отдельно, как через стену. Он обошёл её. Не потому, что не хотел слушать. Просто она стояла на прямой между ним и машинами.
Детей рассадили по скорым и патрульным. В открытых дверях сидели дети с одеялами на плечах. Он пробежал мимо одной машины — мальчик, кажется, Савельев, — мимо патрульной, мимо скорой, где сидел маленький Ковалёв на руках у матери. Мать прижимала его к себе и что-то говорила ему в ухо без остановки, а мальчик смотрел поверх её плеча, в сторону. Не на мать. Куда-то мимо Орлова.
Следующая.
Она сидела в проёме двери, ноги не доставали до земли. Одеяло на плечах, руки под одеялом. Волосы стянуты резинкой — он такой у неё никогда не видел, она ненавидела хвост, говорила, что от него болит голова. Лицо — её. Подбородок, родинка у брови, царапина на скуле, которую она получила в субботу на даче, за два дня до автобуса, потому что полезла за сливой.
Царапина была свежая. Розовая, с тонкой корочкой.
Он остановился в двух метрах.
Она смотрела на него. Не бежала к нему, не протягивала руки, не плакала. Смотрела долго, очень внимательно, сверху вниз — с лица на руки, с рук на ботинки, с ботинок снова на лицо. Он знал этот взгляд. Так смотрел на него травматолог в девяносто девятом, когда его привезли после драки на рынке: не на человека, а на то, что с человеком случилось.
Он стоял и не мог сделать эти два шага. Лицо было её, а взгляд — нет. За восемнадцать лет работы он видел много раз, как люди узнают тела. Видел, как они стоят у стола в морге и говорят «не она», хотя это она. Голова отказывается. Он думал, с ним такого не будет.
Похожие книги
А что, если самый страшный монстр в истории был создан не древним злом, а советской наукой. Рожден в секретной лаборатории НКВД из концентрированной человеческой боли, чтобы стать оружием. А что, если он не просто выжил, а семьдесят лет эволюционировал, превратившись из призрака в стенах в цифрового хищника, который увидел будущее в появлении Интернета. Что, если он больше не ждет случайных жертв, а сам выбирает их. Изучает твои страхи по истории поиска, анализирует слабости по лайкам в соцсетях и отправляет персональное приглашение, от которого невозможно отказаться. А что, если для него твоя смерть – это не финал, а просто контент.
Представьте: вместо случайных всплесков – устойчивый рост. Доход удваивается не за счёт удачи, а благодаря системе: вы запускаете проекты вовремя, клиенты возвращаются лояльно, зарплата растёт на 30% за год. Семья в гармонии – совместные ужины без спешки, выходные на природе, а не в смартфоне; конфликты решаются за один разговор, а не копятся месяцами. Вы свободны для главного: путешествий, хобби, глубоких бесед с детьми или партнёром. Нет выгорания – энергия на пике, сон нормальный, стресс под контролем. Это не мечта: достаточно перейти от рефлексии к осознанности. Успешных людей отличает от неуспешных только мышление.
От нестабильных лидов к прогнозируемой прибылиКлючевая проблема большинства бизнесов – непрогнозируемый поток клиентов. Сегодня густо, а завтра пусто. Маркетинговые бюджеты тратятся на активности, которые не гарантируют главного – рентабельных продаж. Эта книга предлагает системное решение. «ПУЛЬС» – это пошаговая методология по созданию отдела лидогенерации, который работает как часы. Это инженерный подход, заменяющий интуицию точным расчетом и автоматизацией. Что внутри:Алгоритм превращения хаотичных заявок в управляемую воронку. Методика расчета реальной стоимости привлечения клиента. Принципы построения маркетинга, который генерирует прибыль, а не осваивает бюджет.
Вы уверены, что управляете продажами. Или дирижируете хаосом, где единственным аргументом в переговорах стала скидка , прогнозы – «пальцем в небо», а война маркетинга и продаж сжигает бюджеты. Где дорогая CRM – цифровое кладбище , а вся система – иллюзия, которая рухнет с уходом одного сильного менеджера. Вы пытаетесь выиграть войну XXI века с саблей из прошлого – устаревшей линейной воронкой продаж. Эта книга – не теория, а арсенал для этой войны. Здесь – инженерный чертеж «машины дохода» : от готовой структуры команды (SDR, AE, CSM) до скриптов, которые продают не скидки, а инсайты . Хватит бегать с ведром.
Книга о двух, чудом выживших людях в мертвом городе. Одного зовут Павел. Он вирусолог. Синтезировав вакцину из добытых им образцов, он просит своего друга Сашу, во что бы то ни стало, доставить ее во внешний мир. Возможно она может спасти все человечество. Саша соглашается, так-как его друг не может передвигаться сам. Он инвалид и уже много лет вынужден быть прикован к инвалидному креслу. Получив от друга все необходимое, Саша собирается в путь. Однако путь главного героя, будет далеко не из легких. Город, который он должен покинуть, располагается на острове и отрезан от внешнего мира. И он буквально кишит нежитью.
Неправда, что история ничему не учит. Учит. Те, кто десятками лет осуществляют свержение государственной власти по всему миру, давно освоили эту технологию. Наша задача – найти противоядие, а для этого нам необходимо проанализировать опыт прошлого. Этой цели и служит циничная и неполиткорректная книга Дмитрия Зыкина. Из неё Вы узнаете:– Что общего между «Майданом» в Киеве и «Кровавым воскресеньем» в Петербурге– Свержение Николая II и Виктора Януковича – есть ли параллели– Как ЦРУ организовало экономический саботаж в Чили– Как переворот в Румынии стал роковым в истории Советского Союза– Почему успешный социальный эксперимент в Гренаде закончился американским десантом и сменой политического режима– Кто стоял за чудовищными зверствами в Камбодже времен Пол ПотаИспользуя методы дотошного следователя, автор книги ищет и находит ответы на эти и другие вопросы.
Москва — не просто город. Москва — это огромная, отлаженная информационная система, где фонари подчиняются не диспетчеру, а настроению, реки помнят каждое слово, сказанное на берегу за тысячу лет, а под Кремлём спит то, чему лучше спать. Просто люди разучились это видеть. Пока однажды девятнадцатилетняя студентка строительного вуза Лиза Гроза не пошутила перед парнем: «Я ведьма. » — и в ту же секунду на всей аллее погасли фонари. Лиза не искала магию. Она хотела спокойно доучиться на инженера, спорить о пельменях и не опаздывать на пары. Но когда фонари гаснут по щелчку твоих пальцев, а по Москве-реке прогуливается говорящий кот-фамильяр по имени Асмодей, жизнь вносит коррективы в планы.