— Я попробую, — тихо сказал он.
Водяной улыбнулся — не широко, а так, будто вода улыбнулась сквозь лёд:
— Хорошо. Тогда слушай.
Он снова постучал палкой, и лёд загудел низким, долгим звуком, который прошёл сквозь всё тело Юрика, как будто река поздоровалась с ним. И в этом гуле Юрик вдруг услышал не просто шум воды, а слова — тихие, старые, почти забытые:
«Тропа там, где тень ложится поперёк дороги. Где ветер говорит с водой. Где холод не отталкивает тепло, а ждёт его, как гость ждёт хозяина».
Слова растворились в гуле, но Юрик их запомнил.
Водяной поднялся, вода вокруг него зашевелилась, будто живые нити тянулись к нему со всех сторон.
— Тропа откроется, когда ты увидишь все три знака. И когда ты поймёшь, что идти по ней можно только вместе.
Он протянул руку и положил на ладонь Юрика маленький камешек — чёрный, гладкий, с тонкой серебристой прожилкой, похожей на след молнии.
— Держи. Он покажет дорогу, если ты будешь слушать не уши, а сердце.
Юрик бережно сжал камешек в кулаке. Он почувствовал, как тот чуть-чуть потеплел, будто узнал его.
Они попрощались с Водяным, поднялись по лестнице, и когда вышли на поверхность, солнце уже стояло высоко, а снег искрился так, будто каждый кристалл был маленьким зеркалом, в котором отражался целый мир.
Драгур остановился, глубоко вдохнул морозный воздух и вдруг тихо, неуверенно свистнул — так, как делал Юрик. Метель тут же закружилась, будто улыбнулась, и ответила ему лёгким перезвоном снежинок.
Если вам понравилась книга, поддержите автора, купив полную версию по ссылке ниже.
Продолжить чтение
