– Не было этого, – вскакивая на ноги, закричал шофер. – А если и было, то не докажешь… ничего не докажешь.
– Да не собираюсь я, – устало сказал Охотник.
Нет, других нитей поблизости не видно. Значит, надо сходить взглянуть на ту, которая перегораживала дорогу.
Он шагнул было в сторону насыпи, но тут с криком «Не уйдешь!» на него кинулся шофер.
Мгновенно повернувшись, охотник выхватил пистолет.
– Тише, папаша. Бог дал, Бог и взял. Давай не суетись. А то ведь можно поговорить и по-плохому. Понял?
– Понял, – испуганно сказал шофер. – Так это… ты бы сразу и сказал, что с пушкой-то. Я за машину сильно расстроился. А так ничего, претензий не имею. Если ты сделал, значит, так было нужно. Хе-хе-хе… Я даже благодарен. Какая от нее, машины-то, польза? На один бензин да масло… может, это… адресок дашь? Я тут к тебе вечерком загляну, пивка принесу. Выпьем, посидим, покалякаем. Ты, я вижу, парень серьезный. У меня к тебе дело. Тип тут один мне надоедает… Правильный, понимаешь ли. Умнее всех. Ты, может, с ним бы поговорил… А машина – дело наживное…
Охотнику стало противно.
– Ладно, – сказал он. – Ложись. Лицом вниз и не вставай минут двадцать. Даже головы не поднимай. Понял?
– Понял, – пробормотал шофер, покорно опускаясь на землю. – А насчет адреска-то ты подумай. Я бы и заплатил.
– Лежи, лежи, – сказал охотник, сунул пистолет под пиджак и стал карабкаться вверх по насыпи. Уже оказавшись на дороге, он еще раз посмотрел на дядьку. Тот лежал добросовестно, неподвижно, даже не пытался подглядеть, в какую сторону Хантер пошел. Вот так-то. С таким пообщаешься, а потом станешь мизантропом.
– Эй, погорелец!
– Что? – Тот даже не поднял головы.
– А ведь ты мерзавец. Слушай, ты когда-нибудь кому-нибудь что-нибудь даром делал?
– А твое какое дело?
– Интересно.
– Интересно ему. Ты мне машину другую купи, а потом можешь интересоваться сколько влезет.
– Нет, это тебе придется самому. На хлебных шарах да на птенцах птеродактилей…
– Мерзавец, чтоб ты сдох.
– Спасибо на добром слове.
Подождав еще с минуту и убедившись, что вставать шофер не собирается, Охотник подошел к черной нити.
Она была очень толстая, висела над землей на высоте метра и слегка вибрировала.
Пятнистый рак. Тот самый, от которого умирают в течение суток. Кстати, если бы они проехали через эту нить судьбы, дядьке бы тоже досталось. Это как пить дать. Слишком близко они сидели.
Охотник осторожно опустил руку. Когда до нити оставалось не более ладони, та едва слышно загудела и выгнулась вверх, пытаясь до него дотянуться. Сделав шаг назад, охотник покачал головой.
Да, сомнений нет, сеть все еще опасна, все еще в силе. Однако какая мощная она оказалась у мага! Добраться бы до гостинцы. Вот сейчас главное.
Он еще дождался момента, когда нить ускользнула с дороги и, словно гадюка, поползла по полю, полюбопытствовал, как там себя ведет бывший владелец машины. Тот лежал, не поднимая головы.
Хантер вдруг почувствовал усталость.
Еще бы, убить черного мага – не ложку с вареньем облизать. Только необычная это была усталость. От жизни, что ли? Стар он становится? Может, ученика себе подобрать? Правда, сделать это гораздо сложнее, чем сказать.
Он вспомнил нескольких охотников, с которыми встречался за последнее время. Все они говорили одно и то же. И что устали, и что учеников не найдешь. Он принимал эти их слова за обычную трепотню и вот пришел к той же мысли сам.
