Волки Севера - страница 3




Прочитав послание, он долго смотрел на карту. «Святилище Угасших Лун». Это было из древних сказок, которые рассказывали у огня. Место проклятое и забытое. Идти туда – безумие. Встречаться с ней – измена. Но в послании звучал зов не просто любопытства. Это был вызов к чему-то большему, зов к тайне, которая лежала за пределами их мелкой вражды.


Весь день он метался, как зверь в клетке. Долг, разум, инстинкт самосохранения – всё кричало «нет». Но что-то другое, новое и тихое, но неумолимое, тянуло его к Ревущему Водопаду. К её янтарным глазам, в которых он видел не врага, а такого же пленника в мире, выкованном не ими.


Когда солнце начало клониться к вершинам гор, окрашивая небо в кроваво-оранжевые тона, Эйвинд, в облике волка, уже мчался сквозь чащу. Он шёл не как наследник Ледяной Гривы. Он шёл навстречу самой опасной и захватывающей загадке в своей жизни. Навстречу точке, где сойдутся чернила её расчётов и сталь его воли.

Глава Третья: Шёпот Камней

Ревущий Водопад был не просто границей; он был символом неумолимой силы природы, перед которой меркли амбиции кланов. Вода, холодная как смерть, низвергалась с высоты сорока локтей, разбиваясь о черные, отполированные веками скалы, и уходила в узкое, туманное ущелье. Грохот был таким, что заглушал любой другой звук на сотню шагов. Здесь нельзя было подслушать. Здесь можно было только кричать в лицо.


Эйвинд пришел за час до заката, заняв позицию на высоком уступе, с которого просматривался весь подход к водопаду. Он наблюдал в облике человека, закутавшись в плащ из волчьей шкуры, сливаясь с камнями. Его разум был полон противоречий. Каждая логичная мысль оставляла во рту вкус пепла. Но под ней, глубже, пульсировало живое, неотвязное любопытство. И что-то еще… предвкушение.


Она появилась точно с последним лучом солнца, окрашивавшим брызги водопада в кровавое золото. Не в волчьем облике, а в своем человеческом – ловкая, закутанная в темно-серый плащ с капюшоном, с прочным мешком за плечами. Она шла без страха, но с осторожностью охотника, ее глаза выхватывали каждую тень. Эйвинд спустился бесшумно, появившись перед ней из-за завесы ледяной водяной пыли.


Фрея вздрогнула, но не отпрянула. Ее рука лежала на рукояти странного, короткого устройства у пояса – не арбалета, а чего-то, напоминающего трубку.

– Ты пришел, – сказала она, и ее голос, усиленный нужной интонацией, пробился сквозь грохот воды.

– Ты предложила загадку, – отозвался Эйвинд, шагнув ближе. – Говори. Что за «сила не в когтях»?


Она вытащила стальную пластину с картой.

– «Лунное Серебро». Легендарный металл. Он не просто редок. Он… иной. Мой анализ древних текстов, ваши предания о «камнях с неба» – всё указывает на то, что последний известный самородок лежит там. – Она ткнула пальцем в центр долины на карте. – В Святилище. Его свойства могут изменить всё. Представь сплав, который лечит. Или механизм, работающий на чистой энергии места, а не на паре и угле. Это может положить конец спорам за ресурсы.


– Или дать одному клану невообразимое преимущество, – холодно парировал Эйвинд. – Почему ты рассказываешь это мне? Почему не своему отцу?


В ее янтарных глазах мелькнула боль, быстро скрытая сталью.

– Мой отец увидел бы в нем лишь наконечник для копья. Он сломал бы святилище, чтобы добыть металл. Ты… ты защищаешь места силы. Я видела это. Ты сражался за ту пещеру, как будто она была твоей.