Критика читать бесплатно

Письменная история также является изобретением человека, но с ней мы соприкасаемся столь мало, что, кроме полузабытых школьных знаний да сведений из каких-то прочитанных по случаю книг, в нашей голове ничего нет.Когда мы сталкиваемся с историческими данными в написанном тексте, мы просто принимаем их на веру, как некую Религию. Откуда взялась эта вера? Можно ли восстановить истинные вехи истории человечества, принимаемые ранее на веру? Об этом предлагаемая вам книга.

В течение двух столетий (сер. XVIII – сер. XX веков) западная поэзия претерпевает радикальную трансформацию. Поэты обретают беспрецедентную свободу: они начинают писать нарочито темные по смыслу тексты, нарушать правила метра и синтаксиса, обновлять лексику, устранять дистанцию между собственной персоной и лирическим героем. В своей книге историк и теоретик литературы Гвидо Маццони реконструирует ключевые этапы этой метаморфозы и интерпретирует ее как симптом глубоких исторических изменений. Обращаясь к поэтическим текстам Нового и Новейшего времени, принадлежащим к итальянской и, шире, европейской традиции, автор ищет ответы на ряд вопросов, среди которых один из важнейших: как поэзия стала самым эгоцентричным жанром литературы модерности.

Сборник рассказов в жанре Dark Romantic, эссе, рецензий на фильмы и книги.

Любой не чуждый филологии человек узнает в названии «Кто бы их заставил замолчать» аллюзию на строки Анны Ахматовой «Но, Боже, как их замолчать заставить. ». В понимании Калле Каспера те авторы, к творчеству которых он обращается в книге, обладают такой силой таланта, так актуальны по сей день, что нет ничего и никого, кто мог бы препятствовать диалогу с современными читателями. Шекспир, Пушкин, Золя, Достоевский, Грин, Мопассан, Джойс, Мандельштам, Ремарк, Горький, Азимов, Симонов… На них мы еще долго будем оглядываться, «но не назад, а вперед». В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Книга об истории Шадринского драматического театра, посвященная его 125-летнему юбилею.

В 2007 году издательство «Время» выпустило книгу Мариэтты Чудаковой «Новые работы». Для автора как для филолога, литературоведа, историка литературы было важно показать: отдавая много сил и времени общественной деятельности, публицистике и художественной литературе, она по-прежнему остается в главной профессии. Книга вызвала большой читательский интерес, и спустя десятилетие Мариэтта Омаровна решила предпринять новое издание, назвав его, уже по традиции, «Новые и новейшие работы».Автор посвятила рукопись памяти Александра Павловича Чудакова. К сожалению, и сама она не дожила до издания книги.

««Мне кажется, я мог бы быть крупным писателем, если бы имел другой темперамент. По склонности я – кабинетный учёный, мне бы сидеть у себя в кабинете с книгами, больше мне ничего не надо. В жизнь меня не тянет… Часто, когда слушаю рассказы бывалого человека об его жизни… я думаю: «Эх, мне бы это пережить, – что бы я сумел дать!» – признавался дневнику Викентий Вересаев за три года до смерти. Вряд ли эти слова справедливы. Вспомним о жизни и творчестве писателя, 155-летие которого отмечаем 16 января…»

«Несколько лет назад мы заговорили с родителями о советской литературе времен так называемого застоя. Я, помню, утверждал, что с конца 1960 до начала 1980-х мало что появлялось стоящего, почти ничего не пережило испытание временем, многие и многие забыты, в том числе и Виль Липатов. С чего я упомянул именно его. Наверное, потому, что незадолго до того прочитал в старенькой, истрепанной «Роман-газете» его роман «Игорь Саввович», был впечатлен не столько сюжетом, сколько слогом, интонацией, какой-то тяжелой и крепкой авторской поступью. До «Игоря Саввовича» я читал повесть «Серая мышь» и видел два фильма по липатовским произведениям.

«Ученые уже полторы тысячи лет спорят, с какого года отсчитывать очередное десятилетие, столетие. С того ли, где на конце стоит ноль или же с того, где единица. Думаю, по крайней мере россиянам надо послушаться Петра Первого, повелевшего в свое время: «будущаго Генваря съ 1-го числа настанетъ новый 1700-й годъ купно и новый столѣтній вѣкъ». Тем более это удобно и глазу и мозгу – ноль помогает очиститься, обнулиться. Поэтому в первые дни 2020 года самое время, перед тем как рвануть дальше, подвести итоги прошедшего десятилетия – десятилетия 10-х. Ограничусь литературой. На мировую не замахиваюсь – присмотрюсь к русской.

Существующая уже пять столетий индустрия книгоиздания столкнулась в XXI веке с самыми крупными в своей истории экономическими и технологическими вызовами. С наступлением цифрового века ей неизменно пророчат скорую смерть. Однако насколько такие прогнозы справедливы и как сегодня устроен книжный бизнес. Книга Джона Томпсона рассказывает о том, какие перемены издательское дело пережило за последние 40–50 лет и как переосмысливались в нем роли главных акторов – издателей, агентов и продавцов. В поисках ответов Томпсон опирается на большой корпус интервью, взятых у различных сотрудников издательств, хедхантеров, авторов и книготорговцев, включая ключевых закупщиков из крупных розничных сетей.

Переписка с издательствами, редакторами, частными лицами.Имена персонажей изменены.

Исследование критического мышления, генеративного ИИ, возможностей и рисков аугментации с персональным интеллектом. Разбираться в ловушках мышления, и, теперь, не только собственных, но и аугментированного мышления не только увлекательная но критически важная задача. В данном исследовании рассматриваются множество тем в контексте критического мышления, такие как здравый смысл, творческое мышление, инженерия промптов, цепочки рассуждений, аугментация мышления и т. п. + юмор, конечно.

Продолжая исследования «оттепельной» культуры (март 1953 – август 1968 гг. ), начатые в книгах «Оттепель: События» (отмечена премией «Просветитель», 2020) и «Оттепель: Действующие лица», Сергей Чупринин размышляет о ключевых поворотах и тенденциях этого периода. Сколько прожил «идеологический нэп» в послесталинскую эпоху. Можно ли говорить об этом времени как о насильственно оборванном Возрождении, уроки которого становятся всё более и более актуальными. Как из-под глыб постепенно прорастала этика неповиновения казенной догматике и начальственным окрикам. Ответы на эти вопросы автор ищет, опираясь на свидетельства, оставленные непосредственными участниками культурных процессов 1950–1960‐х годов.

Книга «Образ мира в прозе народов Севера» посвящена творчеству талантливейших прозаиков ненецкой, мансийской и чукотской литератур.Главная проблема, которую исследует кандидат филологических наук Н. Г. Северова в этой работе, – то, как взаимодействуют русская культура и культуры северных народов в прозе народов Севера.Эта книга может быть использована в качестве пособия для спецкурсов, спецсеминаров и при написании курсовых и дипломных работ в высших учебных заведениях.

Одной из жемчужин литературного наследия великого русского писателя Тургенева стала небольшая повесть «Ася». В повести рассказывается о любви двух молодых людей. Русские Ромео и Джульетта. Но если в трагедии Шекспира причины разлучившие молодых людей ясны, то в повести Тургенева все загадочно и запутано.Это первое исследование, которое проливает свет на таинственные места повести, раскрывает истинный замысел писателя, который со дня публикации повести остался нераскрытым.

Становление таланта достигает определённого уровня, неизбежно в последующем принимая далеко не те черты, которые желается видеть. В плане понимания способности критически мыслить 2015 год стал особым, позволив рассматривать литературные произведения в свете их привязки к особенностям быта человеческого общества вообще. Имея желание сказать, получив для того возможность, рассмотрение художественной литературы превратилось в стремление понять устройство жизни.

Вы имели удовольствие лично познакомиться с полиграфом? Если нет, не зарекайтесь. Практика прогонять сотрудников через «детектор лжи» распространена не только на госслужбе, но и в бизнес-структурах. Причём даже самый честный человек не застрахован от провала, ведь история эта не о правде или лжи. Это манипуляция, противодействовать которой сложно, но можно. Как не сломать карьеру и успешно пройти полиграф, рассказывает ветеран спецслужб, педагог, психолог и практикующий антиполиграфолог.

Морис Бланшо (1907–2003) – один из самых влиятельных и оригинальных мыслителей XX века, оставивший после себя богатое художественное и философское наследие. В свою последнюю прижизненную книгу Бланшо включил четыре работы, охватывающие четыре десятилетия его творческого пути и посвященные писателям и мыслителям, с которыми его связывали тесные узы личной и интеллектуальной дружбы: Луи-Рене Дефоре, Рене Шару, Паулю Целану и Мишелю Фуко. В настоящее издание в качестве дополнения вошли также оммажи Бланшо другим его единомышленникам – Морису Мерло-Понти, Жаку Деррида, Сэмюэлю Беккету и Денису Масколо; кроме того, в книгу включена одна из важнейших ранних работ Фуко, вписывающая творчество Бланшо в широкий историко-философский контекст.

Здесь есть наставления, советы, переживания, страхи, упреки, идеи и совсем немного грёз. Здесь я пытался разговаривать с душой. Здесь о последнем времени и мироустройстве.Все книги, которые я написал – они для людей. И эта книга не исключение. Только раньше я ждал одобрения от людей, а сейчас жду только от Бога.И я не религиозный фанатик – я всего лишь человек с душой. Как и ты…

Теперь можно приступать к критическому осмыслению творческого пути Василия Шукшина. Он показан таким, каким скорее всего являлся. Вполне очевидно, чужая душа – потёмки. Остаётся только предполагать, будто Василий мог придерживаться схожих взглядов. У людей, его знавших, допустимы другие предположения. Не стоит забывать и про простую истину: порою человек не знает сам себя, причём гораздо чаще, чем порою.