Менестрели - страница 4

На его серьёзном лице, на мгновение мелькнула тёплая, чуть смущённая улыбка.

– Разрешите представиться? Сашка. Трубадур. Рады видеть вас в нашей, с позволения сказать, команде, дорогая принцесса. Костюм сидит на вас… – он сделал паузу, подбирая слово… идеально. Словно сшит именно для вас.

– Спасибо, – кивнула Люси, поймав себя на мысли, что его сдержанная похвала почему-то согрела её сильнее, чем все восторги остальных. – Стараюсь соответствовать уровню безумия.

Дальше началась общая репетиция. В центр цеха выкатили две одинаковые бочки – одну полную вина, другую для принцессы. Люси показали, как в неё забираться, где внутри упоры для ног и маленькое, почти незаметное вентиляционное отверстие, чтобы не задохнуться. Ребята разыграли сцену прибытия, отработали выход. Сашка взял в руки гитару и спел куплет своей песни. Его голос, хриплый и мощный, заполнил всё пространство цеха, превратив его то ли в королевский зал, то ли в таверну на краю света. Он пел о вольной дороге, о сердечной тоске и о звёздах, которые указывают путь заблудившимся.

Она смотрела на ребят, на этот пёстрый, шумный, невероятно талантливый квартет и ловила странное, почти забытое ощущение. Ей было не просто «комфортно на работе». Ей было по-настоящему хорошо, тепло и весело. Это была не наигранная весёлость, что требовалась на светских тусовках, а искренняя, идущая от сердца радость от общего дела. Энергия этой разношёрстной компании, их фанатичная увлечённость своим делом, их простое, человеческое общение были заразительными.

Впервые за много лет ей захотелось, чтобы это знакомство не закончилось сегодняшним шоу, а продолжалось долго. За чашкой чая и разговорами о жизни, совместными репетициями или просто поездкой куда-нибудь на очередной безумный фестиваль.

«А что, – пронеслась в голове настойчивая мысль, пока она примеряла на руки массивные серебряные браслеты, – может, это самый лучший поворот на пути моей жизни? Не просто странная подработка, а начало чего-то нового? Не овации в пафосных клубах, а искренний смех и восторг на поляне у реки? Не постоянные мысли о кредитах и ипотеке, а вот эта вот простая, почти детская радость от общего дела?»

Она посмотрела на своё отражение в огромном, пыльном зеркале, прислонённом к стене. Из него на неё смотрела принцесса. Пусть и похищенная, пусть и из бочки, но с высоко поднятой головой, с блеском в огромных голубых глазах и с едва заметной, но самой что ни на есть настоящей улыбкой на губах. Она была готова к прыжку. И не только из бочки на празднике. А в новую, неизведанную и многообещающую жизнь. Огонёк азарта, давно погасший в её душе, снова зажегся, обещая приключения.

– Ребята, а можно и мою партию вставить в вашу хорошо отработанную заготовку, которая минусовкой записана.

– А ты нам подходишь, поговорим после представления.

Пока гримёры возились с последними штрихами, подводили Стёпке-Петуху глаза чёрной тушью для пущего драматизма, а Лёхе-Псу поправляли накладные мохнатые уши, которые так и норовили съехать на затылок, компания успела не просто перезнакомиться, а стать если не семьёй, то уж точно боевым отрядом. В тесной, пропахшей гримом и кофе раздевалке царила атмосфера предпраздничного хаоса, который только эти ребята могли превратить в нечто упорядоченное.

– Люси, держи, подкрепись! – Борис-Кот, уже облачённый в свой пушистый костюм, от которого в тридцатиградусную жару просто веяло лёгким безумием, протянул ей термос с чаем. – Элитный ассам, с лесными травами! Чтобы принцесса не зачахла в заточении!