– Ты не понимаешь меня? – догадался он и глянул на мальчика. Тот молча созерцал потолок, раскачиваясь взад-вперёд. – А ты? Эй!
От вскрика дикарка напряглась сильнее.
Юного господина накрыли тени. Надежды на мирный исход в миг рассеялись. 9Дан набрался смелости и осмотрелся.
Они стояли на игровой площадке. Повсюду катались брошенные мячи, возле не законченных на стенах и полу рисунках весьма непристойного содержания валялись поломанные мелки. Высокие худые фигуры неторопливо оцепили противника, не давая возможности отступить.
9Дан попробовал протолкнуться. Несколько бледных парней бешено завопили и вытолкнули его к центру образовавшегося ринга. «Неужели действительно хотят драться?» – зажмурился он и сжал пальцы в кулаки.
Девушка атаковала слева, и он с трудом увернулся. Вой со всех сторон мешал сосредоточиться, к тому же сон не отпускал. 9Дан до сих пор не понимал, то ли он без сознания, то ли действительно влип в неприятности. Мир превратился в череду ярких картинок и фоновых шумов.
Новый, ничем не обоснованный грохот совершенно выбил его из колеи. Он на секунду потерялся, и хитрая соперница навалилась и положила его на обе лопатки.
9Дан успел заметить, как на площадку высыпали люди в бронированных костюмах. Они со знанием дела разгоняли скопище дикарей, и те в испуге визжали и неслись прочь, падая и наступая друг на друга.
Девушка не обращала внимания на хаос. Она прижимала юного господина к полу и скалилась. Один из охранников схватил её за длинные белокурые волосы и оттащил до того, как она вонзила зубы в шею жертвы. Она извивалась в попытках ранить мешавшего ей наглеца и истошно орала, брызгая слюной.
Когда 9Дан очнулся, то уже лежал в больничном крыле. Из обратного пути помнил только, как открывались и закрывались двери, скрежетал лифт и люди шептались, но их слова не задерживались в голове.
– Я же говорила! – поправила одеяло мать. – Тебе не следует работать с Механизмом. Эта штука все соки из тебя выкачает! Только стажируешься, а уже синяков набил! Оставь это другим! Владеть кафе не так опасно. Ты же будущий представитель Впроков! Ты должен беречь себя.
9Дан кивнул, чтобы успокоить её, и отвернулся. Как ни старалась, его стремления стать инженером госпожа Впрок убавить не могла. Он болел Механизмом и надеялся работать исключительно с ним.
Серая занавеска не давала свету прорваться в палату, но полумрак не защищал от цепкой белизны голых стен. Стоило раз посмотреть, и они долго преследовали своего избранника.
– Нормально себя чувствуешь? Нигде не болит? Ну и замечательно! Я боялась, ты не проснёшься к сроку. Было бы некрасиво, если бы я покинула палату до того, как ты придёшь в себя. Люди смотрят, – улыбнулась сыну госпожа Впрок. – Мне пора, – она пригладила волосы. – Дела сами делаться не будут! Я послала кое за кем, чтобы посидели с тобой. Они скоро придут.
– Что? Зачем? Я же не маленький!
В ответ – хлопок дверью.
9Дан откинулся на подушки и попытался вспомнить, что же такое с ним приключилось. Правда? Когда в мыслях всплыли синие глаза дикарки, он нервно потёр плечо, будто так избавился сразу от всех тревог. Или иллюзия? Гогочущая толпа призраков и паренёк на башенке. Откуда им взяться?
В палату ворвался Ги и сразу улёгся на кровать, оттеснив 9Дан к краю. Можно, конечно, поспорить за власть над койкой, но толку? Были-проходили. Добрянка неуклюже прошагала к стулу и гордо его заняла, не придавая значения тому, что хлипкие ножки подкосились. Трамиш тенью проскользнул внутрь и опёрся спиной на стену. Он откинул капюшон заношенной кофты, и его голова растворилась в белых оттенках палаты.
