— Если будет ответ, вам позвонят, — добавила Галина.
— Хорошо.
Вера взяла у неё пустую чашку и поставила на поднос. Больше они об этом не говорили.
***
Жанна Селиванова пришла к концу перерыва, придерживая плечом сложенную картонную коробку. В другой руке у неё была сумка с бумагой и двумя тканевыми мешками.
— Не бросайтесь помогать все сразу, — сказала она из-за картона. — Лучше дверь придержите.
Артём подхватил коробку, Зоя убрала свой рюкзак с прохода. Жанна сразу увидела свободный стул, положила на него сумку и спросила, можно ли поставить коробку к стене. Вера разрешила.
Жанна не была участницей «Мерки». Она работала администратором-приёмщицей в магазине домашнего текстиля «Тихий дом» и за несколько майских недель успела стать человеком, чьё появление избавляло остальных от поездки, очереди или неудобного звонка. Она привозила упаковку, помнила, когда у Зои смена, и могла забрать готовое после занятия, а не требовать явиться в магазин к двум часам дня.
— Раиса Михайловна, завтра как договаривались? — спросила она.
— Если здесь с часами подтвердим. Я потому и просила прийти сегодня.
Вера закрыла чайник и достала тетрадь.
— Давайте сейчас. Потом продолжим занятие.
Раиса вынула из папки договор и несколько листов. Она подавала их не торопясь, проверяя, какой нужен. С заказами Раиса работала не впервые: ещё в 2024 году зарегистрировалась как индивидуальный предприниматель, шила небольшие партии, привыкла хранить документы отдельно от выкроек. Но шестьдесят одинаковых комплектов за короткий срок одной брать не захотела.
— Вот наш с Аллой, — сказала она. — От шестого мая. И спецификация. Вы хотели посмотреть объём хранения.
Вера положила лист перед собой.
Магазин «Тихий дом», владелица Алла Нечаева. Исполнитель — Раиса Михайловна Левина. Шестьдесят столовых комплектов, в каждом дорожка на стол и четыре салфетки. Три партии по двадцать. Цена с материалами — сто восемьдесят тысяч рублей.
Ниже были сроки, размеры и требования к обработке.
— Нам завтра нужно место для двадцати, — сказала Раиса. — Не для всех шестидесяти. Первые ушли двадцать пятого мая.
— Я помню. Сколько останется до последней сдачи?
— Только то, что ещё в работе. Готовое в мешки, остальное по нашим пакетам. Я составила список.
Она развернула лист с шестью строками.
Валентина наклонилась через Иннино плечо:
— У меня всё подписано. Десять, как брала.
— У всех по десять, — сказала Раиса. — Твои, Иннины, Зоины, Артёма, Людмилы и мои.
Галина подняла руку с печеньем:
— А мои рукава туда не входят.
— Твои рукава вообще пока никуда не входят, — сказала Вера. — Даже в пройму.
Галина засмеялась, и напряжение, возникшее при появлении договора, немного спало.
В коммерческой работе она не участвовала. Остальные заключили с Раисой отдельные договоры на свои десятки; форму расчётов и документы проверили до начала шитья. Вера тогда настояла, чтобы вопросы оформления решили не по совету «все так делают», и больше не вмешивалась в их заработок. Её собственный договор касался занятий и хранения. Аванс от магазина поступал Раисе, не ей.
— Завтра я заберу всю вторую партию, — сказала Жанна. — Вам не надо будет шесть раз приезжать в магазин и ловить меня между доставками. Последнюю тоже здесь получу, если Вера Андреевна разрешит.
— В согласованное время, — сказала Вера. — Кто подписывает получение?
— Я.
Жанна открыла папку. В прозрачном кармане лежало письменное полномочие от магазина на приёмку изделий. Она вынула лист и подала Вере.
