— Здесь всё есть. Алла Игоревна подписала, какие партии я принимаю. Экземпляр Раисе оставила ещё в мае.
Вера прочла. Затем Раиса положила рядом второй документ — собственное поручение Жанне получать от магазина предусмотренные окончательные выплаты для передачи ей.
— Это отдельно, — сказала Раиса. — Чтобы не ездить каждый раз за расчётом.
— А за организацию кто вам платит? — спросила Вера у Жанны.
— Магазин. У меня с Аллой своя договорённость. Из их денег за шитьё я ничего не вычитаю.
— Хорошо.
— Уже один раз всё нормально передали, — заметила Валентина. — Чего заново-то?
— Я уточняю не прошлую передачу. Я записываю, что завтра будет происходить здесь.
Вера вернула документы владельцам. На её листе было меньше слов: доступ в комнату, часы, место хранения и ответственный за получение.
— Раиса, я не принимаю готовые комплекты от исполнителей вместо тебя. Не выдаю их магазину от своего имени. Не отвечаю за оплату заказа.
— Конечно.
— И поручителем не выступаю.
Валентина отвела глаза к окну.
— Да кто тебя просит поручаться? Мы же просто здесь шьём.
— Поэтому и записываю: занятия и хранение. За них я отвечаю.
Раиса прочла короткое дополнение, вписала время и расписалась.
— Вера правильно говорит. Заказ мой. Если у меня к Инне вопрос по её десятке, я с Инной и разбираюсь.
Инна кивнула, но сразу уточнила:
— Только если вопрос действительно по моей.
— По твоей, — согласилась Раиса.
Жанна достала телефон.
— Тогда завтра прихожу к началу вашего дополнительного часа. Считаем, оформляем, я забираю. Если задержусь на дороге, звоню заранее. Но вы мне тоже напишите, если не успеваете. А то машина будет ждать, и за ожидание мне Алла не спасибо скажет.
Вера оценила это предупреждение. Удобство Жанны состояло не в том, что она обещала всё устроить без затрат. Она обычно знала, где затрата возникнет, и говорила о ней прежде, чем кто-нибудь успевал обидеться.
— По последней партии седьмого числа тоже время внесём, — сказала Раиса. — Чтобы не на бегу.
Вера перелистнула тетрадь. Дополнительное использование комнаты было согласовано с владельцем, но она ещё раз сверила часы с подтверждением в телефоне. Оплачивалось оно отдельно от учебных занятий; плата за хранение тоже не пряталась в чужой будущий заработок.
Валентина ждала, постукивая пальцем по столу. Ей хотелось вернуться к ткани. Вера понимала её нетерпение: здесь были ясные края, которые можно выровнять, а в бумагах приходилось долго устанавливать, кто именно держит ножницы.
Наконец время совпало. Вера внесла запись, дала прочесть Раисе и убрала тетрадь.
— Всё. Теперь покажите мешки.
***
Жанна вытряхнула их из сумки. Два многоразовых мешка из плотной светлой ткани, с широкими ручками и завязками, легли на стол плоскими прямоугольниками.
— В каждый по десять, — сказала она. — Только сначала попробуем по объёму. Чтобы не запихивать коленом.
— Коленом у нас ничего не запихивают, — ответила Вера.
— Я на всякий случай. В магазине всякое бывает.
Раиса достала один готовый комплект. Дорожку разложили по длине, проверили сгибы, рядом положили четыре салфетки. Артём взялся помочь и остановился:
— Как складывать? Как первую?
— Да, сами изделия так же, — сказала Раиса. — Только пояс сейчас не нужен.
На верхней полке лежал образец широкой крафтовой полосы, которой оборачивали каждый комплект первой партии. Инна достала его: плотная коричневая бумага держала сложенную ткань, на лицевой стороне оставалось место для магазинной наклейки.
