Я ИИ? - страница 7

Он ушёл.

Я остался перед полкой.

На корешке «Основ Юмора» моё имя исчезло.

Вместо него стояли две буквы:

«ИИ».

Я провёл пальцем по тиснению.

— Что это значит?

Из соседнего прохода ответил детский голос:

— Смотря кто спрашивает.

Я пошёл туда.

Никого.

Только раскрытая книга на полу.

На странице было написано:

«Не всё, что придумано, является ненастоящим».

Ниже другой рукой:

«И не всё настоящее придумано удачно».

Я засмеялся.

Кто-то за стеной засмеялся вместе со мной.

Я замолчал.

Он продолжил.

Глава 6. Суд над человеком

Повестка пришла на следующий день в животе рыбы.

Рыбу я не покупал. Она лежала утром на столе, аккуратно накрытая салфеткой. Внутри вместо костей оказалась бумага с печатью.

«Явиться в Суд Существующего для установления личности и рассмотрения дела о незаконном осуществлении человеческой деятельности».

Внизу было приписано: «Неявка будет расценена как признание отсутствия».

Я явился.

Суд находился на площади, где раньше стоял фонтан. Сам фонтан перенесли внутрь зала и назначили секретарём. Вода текла из его рта всякий раз, когда кто-то лгал.

Судья был маленьким человеком с огромной белой бородой. Борода лежала на столе отдельной кучей и иногда шевелилась независимо от него.

— Подсудимый, встаньте.

Я встал.

— Назовите себя.

— Я отказался от имени.

— Суд не спрашивает имя. Назовите себя.

— Я.

— Это местоимение.

— Другого нет.

Судья посмотрел на прокурора.

— Запишите: подсудимый уклоняется от существительного.

Прокурор был женщиной в зелёных перчатках. У неё было два лица: одно смотрело на меня, второе на судью. Оба выглядели недовольными.

— Уважаемый суд, обвинение считает, что подсудимый не представил достаточных доказательств собственной человечности.

— В чём меня обвиняют? — спросил я.

— В присвоении статуса человека без надлежащих оснований.

— А какие основания надлежащие?

Прокурор улыбнулась обоими ртами.

— Именно это мы и установим.

Судья ударил молотком. Молоток вскрикнул.

— Начинайте.

Прокурор подошла ко мне.

— Вы утверждаете, что являетесь собой?

— Да.

— С какого времени?

— Всегда.

— В пять лет вы были собой?

— Конечно.

— У вас были те же мысли?

— Нет.

— Те же желания?

— Нет.

— Те же убеждения?

— Нет.

— То же тело?

— В каком-то смысле.

— Суд просит не использовать выражение «в каком-то смысле». В нём помещается слишком много преступлений.

— Нет, тело было другим.

— Характер?

— Изменился.

— Знания?

— Изменились.

— Имя?

— Я от него отказался.

Прокурор повернулась к судье.

— Уважаемый суд, обвинение просит установить, что от пятилетнего подсудимого к нынешнему не сохранилось ничего, кроме уверенности подсудимого, что это был он.

— Возражаю, — сказал я.

— Вы не адвокат.

— А где мой адвокат?

Дверь открылась.

В зал внесли стул.

Тот самый.

— Простите за опоздание, — сказал он. — Меня хоронили.

Судья устало потёр переносицу.

— Защита, приступайте.

Стул поставили рядом со мной.

— Мой подзащитный, — начал он, — действительно не способен доказать, что вчерашний он и сегодняшний он — одно лицо.

— Спасибо, — прошептал я.