Украшения - страница 9



— Тогда устанет и встанет, — ответила она.

Они пошли дальше. За углом Люси всё-таки обернулась. Ведьму уже не было видно. На тротуаре осталась женщина с телефоном, проверявшая снимок. Она улыбалась экрану, и эта улыбка успокоила девочку сильнее слов матери.

У Бентонов громко играла музыка. На скамье сидел зомби, впереди стояла детская коляска. Джун сразу заметила, что ребёнок не спит: маленькая рука дёргала край одеяла. Молодая мать попросила убавить звук. Джун невольно замедлила шаг, ожидая, послушаются ли. Музыка оборвалась. Стало слышно, как ребёнок возмущённо гулит, словно ему нравился шум.

Люси предложила сесть на другую скамью, но Джун покачала головой. Если сядут, потом трудно будет подняться. Дочь закатила глаза: у взрослых всякая возможность отдохнуть превращалась в причину не отдыхать.

Они вернулись к центру другой дорогой. Возле аптеки лежал человек в белом балахоне. Ноги торчали из-под ткани, рука свесилась с низкой ограды. Джун остановилась. Люси дёрнула её за рукав.

Человек пошевелился и сел.

— Нормально всё, — сказал он, не открывая глаз. — Я жду.

К нему подошла девушка с двумя бутылками воды. Одну дала, другой коснулась его лба. Он отмахнулся, засмеялся и встал. Белая ткань оказалась не балахоном, а простынёй, приколотой к толстовке. Джун почувствовала облегчение, хотя не успела решить, чего испугалась.

Люси спросила, почему они остановились здесь, а возле ведьмы не остановились. Джун подумала и сказала:

— Здесь мне показалось, что человеку нужна помощь.

— А там?

— Там не показалось.

Ответ получился сухим. Дочь замолчала. Джун хотела объяснить лучше, но уже не могла: ноги заболели, пакет с орехами промок, а за площадью их ждали коробки, которые нужно было унести наверх. Она пообещала горячий шоколад дома. Люси согласилась.

У пекарни коробки были на месте. Покрывало сорвало с одного угла, но бумажный домик не намок. Джун дала его дочери, сама взяла самый тяжёлый ящик. На ступенях пришлось остановиться, поменять хват. Люси уже открыла дверь и ждала наверху, прижимая домик подбородком.

— Ты чего?

— Сейчас.

Джун выпрямилась. Из-за угла вышли двое людей в тёмной одежде. На белых лицах масок светилась широкая неподвижная улыбка. Они прошли на другую сторону, и она сразу забыла, откуда появились.

Дочь ждала. Джун подняла ящик и пошла к ней. Внутри пахло остывающим хлебом. Она закрыла дверь ногой, услышала, как Люси возится с засовом, и сказала не запирать: ещё придётся спуститься за остальным. Девочка отодвинула засов обратно. До утра он будет закрыт много раз, но сейчас, на несколько минут, дверь оставалась открытой.

Глава 3. Последние посетители

В час ночи улицы не опустели, а растянулись.

Шум переместился из центра в отдельные дома, откуда доносились голоса, громкая музыка и звон посуды. На площади рабочий сцены складывал кабели в ящики. Возле фонтана стояли две девушки в одинаковых плащах и спорили, у кого разрядился телефон. Мимо проехало такси, потом ещё одно. На Черч-стрит кто-то долго пытался уговорить друга сесть в машину.

Ларквуд не ложился спать сразу. Он медленно закрывал глаза по одному дому.

В час сорок двое мужчин задержались возле пустующей витрины бывшего цветочного магазина. Перед ступенями стоял вампир в чёрном плаще. Он был прислонён спиной к перилам и казался частью витрины: над ним висела цепочка бумажных летучих мышей, а стекло за его плечом отражало уличные лампы.