Революционер - страница 5

Я не охотник, но в высшем свете, среди дворянства эта мускулинная забава крайне популярна, потому хоть что-то об охоте я все же знаю. Например, то, что лисы – одни из самых умных животных в природе и одной из их способностей является умение запутывать следы, спасаясь от погони. Убегая от охотника, лиса может многократно пересекать свои собственные следы, делать круги, менять направления. Будучи скаутами, мы, дворянские подростки, ученики частных лицеев, даже, помнится, играли в «Охоту на лис»: бегали по подмосковным лесам с самодельными радиоприемниками и разыскивали «лис» – спрятанные наставниками радиопередатчики.

Будто спасающаяся от собак лисица, наша группа кружила по «Бутырке». У меня отличное чувство местности, потому уже на второй минуте я понял, что мы не просто переходим из одного крыла тюрьмы в другое, а именно что кружим, словно мы самураи из императорского Ниппона, для которых важен путь, а не адрес.

Сделав, по моим прикидкам, не менее трех кругов по мрачным внутренностям «Бутырки», через неприметную, высоко и противно скрипящую дверь наша группа вываливается в тенистый и пахнущий плесенью дворик. Вокруг совершенно казенные дома: судя по отсутствию балконов и убогой похожести занавесочек, это какие-то общежития или профучилища. Судя по запаху, суверенитет и неприкосновенность здешних мусорных контейнеров нарушается муниципальными службами не чаще одного раза в пару недель. Отличное место для того, чтобы зарубить арестанта при попытке к бегству…

Но когда с меня сняли наручник и все еще настойчиво, но уже вежливо пригласили сесть на пассажирское сиденье стоящего во дворе, в уголь затонированного автомобиля, тогда я уже понял, что все предыдущие полчаса были не чем иным, как подготовкой меня к встрече.

Значит, все-таки индусы. Значит, сейчас кто-то, привычный к обращению «Ваше Высокопревосходительство», станет рассказывать о важности соблюдения государственных интересов в работе с Раджистаном, а вот это вот путешествие будет как бы обратной стороной, альтернативой, которая станет реальностью, если я решусь поставить свои купеческие интересы выше государственных.

Сидя на кожаном диване автомобиля, везущего меня на встречу к неизвестной пока персоне, я планировал гневно рассмеяться ему в лицо, оскорбиться и даже, возможно, вызвать его на дуэль. Ведь допустить мысль, что граф Булгаков может поставить собственные интересы выше государственных, – оскорбление. И дуэльный кодекс вполне дозволяет дворянину вызвать на дуэль крепостного от пятого ранга.

Я смотрел на пролетающую за окном Москву и строил планы.

Ну вы же в курсе, как повеселить Бога?

Тенистый дворик внутри Садового кольца, больше похожий на колодец северного брата – Питера. Как-то много у меня этих внутренних дворов за одно утро.

Низенькое крыльцо, длинный коридор, несколько сквозных комнат – и наконец, высокая белая дверь, перед которой замерла пара крепостных казаков с обнаженными шашками в руках и спиральками телефонных гарнитур, уходящими под лацканы сюртуков.

Правая створка отворяется, я вхожу и склоняюсь в поклоне.

– А ведь я так и не выразил вам личные соболезнования по поводу гибели графа Аркадия Дмитриевича три года назад.

– Ваше Величество прислали венок и телеграмму.

– Да, я помню, я в то время находился с визитом в Американских штатах, но позже… – император делает паузу и внимательно смотрит мне в глаза, – позже, по возвращении, я должен был пригласить вас, сожалею, что не сделал этого тогда.